Удмуртский язык (до 1932 официальное название – вотяцкий
или вотский язык; самоназвание утморт, укморт
от мурт «человек»), относится к пермской группе финно-угорских
языков уральской языковой семьи. Удмурты проживают в Удмуртской
республике, в Башкирии, Татарии, Республике Марий Эл, в некоторых
районах Кировской, Тюменской, Свердловской и Пермской областей
Российской Федерации, а также в Казахстане, на Украине, в Узбекистане
и Белоруссии. По переписи 1989, удмуртов 714 793 человек, из
них считают родным удмуртский 69,6%, русский – 30%. Билингвов
среди удмуртов 68,5% (удмуртско-русское двуязычие составляет
64,4%, отмечаются также случаи удмуртско-татарского двуязычия
и даже удмуртско-татарско-русского трехъязычия). Удмуртский
является государственным языком (наряду с русским) и языком
общения в пределах Удмуртии, а также языком обучения в начальных
классах школ в Удмуртии, Татарии, Башкирии и Марий Эл; в средней
школе удмуртский язык – предмет изучения.
Первые записи удмуртских личных имен русскими буквами сохранились
от 15–17 вв., удмуртские слова начали фиксироваться с начала
18 в. Важнейшими памятниками считаются Сочинения, принадлежащие
к грамматике вотского языка (Санкт-Петербург, 1775) и рукописный
удмуртско-русский словарь З.Кротова. Письменность возникла в
18 в. на кириллической основе с добавлением 5 букв с диакритиками.
В современном литературном удмуртском языке осуществлен синтез
грамматических черт северных и лексики южных говоров; в основе
фонетической системы лежит звуковой строй переходных говоров.
В истории удмуртского языка выделяются праудмуртский (ранний,
10–14 вв., и поздний, 15–17 вв.) и современный (с 18 в.) периоды.
От прапермского периода удмуртский язык унаследовал более полутора
тысяч исконных и заимствованных корневых слов. Среди заимствований
значителен пласт слов булгарского происхождения (7–13 вв.).
Влияние татарского языка повсеместно наблюдалось в 13–16 вв.,
а на юге сохранилось вплоть до наших дней. Воздействие русского
языка на удмуртский началось в 13–14 вв. и усилилось после вхождения
удмуртов в Русское государство (1558).
В удмуртском языке выделяются северное и южное наречия (южное
подразделяется на периферийно-южный и центральный диалекты),
а также группа промежуточных говоров. Диалектом удмуртского
языка, соединившим в себе черты северного (в области морфологии)
и южного (в основном в фонетике), наречий считается язык бесермян
(10 тыс. человек по переписи 1989), являющихся субэтнической
группой удмуртов с отчетливо выраженным этническим самосознанием.
В отличие от удмуртов, принявших православие и сохранивших многие
элементы языческой веры, бесермяне в прошлом придерживались
мусульманской религии (о чем свидетельствует их название, происходящее
от «мусульмане, басурманы»). Современные бесермяне являются
потомками той части бесермян, которая приняла христианство;
бесермяне, сохранившие мусульманство, восприняли татарский язык
и татарское самосознание.
Система фонем удмуртского языка состоит из 7 гласных и 26
согласных (не считая заимствованных из русского языка). Гармония
гласных отсутствует. Ударение динамическое и, в отличие от других
финно-угорских языков, падает на последний слог (исключения
редки). Удмуртский язык – агглютинативный с элементами флективности
(неоднозначность морфем, вариативность отдельных формантов);
синтетические грамматические структуры преобладают над аналитическими.
Имена и глаголы четко разграничены, но внутри имен противопоставление
частей речи выражено слабо: однотипно склоняются и могут принимать
одни и те же суффиксы существительные и прилагательные, много
конверсивов (шулдыр 'веселье', 'веселый' и 'весело',
вазь 'ранний' и 'рано', бере послелог 'после'
и союз 'если'). Категория рода отсутствует. Есть два типа склонения
– безличное и лично-притяжательное. Одушевленные существительные
не принимают форм семи местных падежей. Форм числа две (единственное
и множественное). Как и во многих других финно-угорских языках,
названия парных предметов и частей тела употребляются в единственном
числе, для выделения одного из парных предметов используется
слово пал 'половина': куас 'лыжа, лыжи' – пал
куас '(одна) лыжа'. В разговорной речи часты случаи употребления
форм множественного числа вместо единственного, что встречается
и в марийском языке: ымъ-ёс-ы 'мой рот', букв. 'рт-ы-мой/мои',
ср. мар. (диал.) кыдал-ем-влак 'моя поясница', букв.
'поясницы мои' (в отличие от удмуртского, в марийском языке
показатель множественности стоит за показателем притяжательности).
Категория притяжательности (посессивности) выражена особыми
суффиксами, а также местоимениями и изафетными конструкциями,
при которых притяжательность морфологически выражается в форме,
обозначающей объект обладания. Суффикс притяжательности -эз-
(во множ. ч. -ыз-, часто -ёсыз-) может выражать
выделительно-указательную категорию, выполняя функцию определенного
артикля и одновременно субстантиватора, т.е. замещая собой существительное,
которое при этом опускается: мынам перое 'мое перо' =
мынамез 'то, мое' (подразумевается перо); Казаньысь
лыктэм инженер 'из Казани приехавший инженер' = Казаньысез
'тот, из Казани'; загадочное бригадир-мы-лэнъ-ёс-ыз-лэнъ-ёс-ыз-лы
может быть истолковано, как 'у нашего бригадира имелся кто-то
(например, дети), у тех кто-то (свои дети), которым что-то дается,
предназначается'. Глаголы в удмуртском языке делятся на переходные
и непереходные, с которыми связана слабо выраженная категория
залога. Категория вида выражается с помощью лексических и синтаксических
средств. Имеются три наклонения (изъявительное, повелительное
и условное), а также категория притворной модальности. Эта последняя
выражает фиктивность совершения действия и образуется с помощью
специальных суффиксов или аналитическим путем; она является
нехарактерной для глаголов, обозначающих физические, химические
и физиологические процессы (типа пересьмыны 'стареть').
В удмуртском восемь времен (четыре простых – настоящее, будущее,
прошедшее очевидное и неочевидное и четыре сложных – первое
и второе давнопрошедшее, длительное и многократное прошедшие).
Спряжение имеет две формы (утвердительную и отрицательную),
как и в большинстве других финно-угорских языков.