Креольские языки, или креолы, языки, формирующиеся в результате
развития пиджинов. В определенной ситуации пиджин может стать
единственным языком сообщества, члены которого достаточно тесно
связаны между собой, и начать обслуживать все (а не только некоторые,
скажем, общение при торговле) коммуникативные потребности этого
социума - в частности, использоваться как язык внутрисемейного
общения. При этом для нового поколения такой пиджин становится
родным, а часто и единственным языком. Этот процесс называется
нативизацией, или креолизацией пиджина, а новая ступень развития
контактного языка - креолом. Термин "креол" восходит к возникшему
в Бразилии португальскому выражению crioulo, первоначально
обозначавшему африканского раба, родившегося в Америке.
Являясь вспомогательным языком, пиджин обладает незначительным
по объему словарем и упрощенной грамматикой; в зависимости от
родных языков говорящих он распадается на различные этнолекты
(этнические диалекты), специфика которых проявляется в словаре,
грамматике и фонетике. В процессе креолизации эти различия нивелируются,
увеличивается словарный состав, усложняются фонетическая и грамматическая
структуры, хотя, как правило, они тоже остаются относительно
простыми - что, впрочем, кажется естественным связать с недолгим
временем существования тех известных науке языков, креольское
происхождение которых не вызывает сомнений. Поскольку креолизация
представляет собой процесс, причем многосторонне обусловленный
и обратимый, трактовка некоторых промежуточных его стадий (еще
пиджин или уже креол) может вызывать затруднения.
В настоящее время в мире насчитывается свыше шести десятков
креольских языков, что в несколько раз превосходит число существующих
пиджинов (в названии креольского языка может в той или иной
форме присутствовать слово "пиджин", отражая предшествующее
положение дел). Общее число говорящих на креольских языках оценивается
примерно в 30 млн. Большинство креольских языков возникли в
результате развития пиджинов на основе западноевропейских языков,
однако имеется и некоторое количество пиджинов на неевропейской
основе, например значительные по числу говорящих креольские
языки китуба в Заире (5 млн. говорящих) и мунукутуба в Народной
Республике Конго (ок. 1,5 млн. говорящих; оба на основе языка
конго), джубайский арабский в Судане и некоторые другие. Процессы
креолизации играли и продолжают играть заметную роль в истории
развития крупнейшего африканского языка суахили.
Процесс креолизации пиджинов происходил в разных социальных
условиях: в смешанных семьях, возникавших в береговых европейских
укреплениях, на плантациях, а также среди беглых рабов, во многом
воспроизводивших традиционные африканские культуры в условиях
Нового Света. Источники словарного и структурного обогащения
в этих случаях оказывались различными: в одних случаях язык-лексификатор
(тот, из которого происходила большая часть словарного состава
пиджина) продолжал оказывать влияние на складывающийся креольский
язык, в других это воздействие полностью отсутствовало. Многое
в судьбе креольского языка зависело и от динамики демографической
ситуации на ранних этапах его развития: если такой язык уже
обладал развитым словарем и стабильной грамматикой, но число
тех, кому он стал родным, было невелико, вновь усваивавшие его
люди привносили новую лексику и расшатывали сложившиеся стандарты
фонетики и грамматики. В результате этого мог начаться процесс
декреолизации, обратного превращения в пиджин. Поскольку в контакт
вступали новые языки, словарные и грамматические новшества могли
оказаться очень существенными; важное значение имела и степень
воздействия на креол официальных языков соответствующих территорий.
Наиболее известные группы связанных по происхождению креольских
языков расположены по обоим берегам Атлантического океана. Здесь
начиная с эпохи Великих географических открытий возникали пиджины
на португальской, испанской, голландской, французской, английской
основе. К ним восходит более трех десятков современных креольских
языков Вест-Индии, Южной Америки, западного побережья Африки.
Несмотря на то, что история этих языков насчитывает 3-4 столетия,
уровень взаимопонимания между креолами и соответствующими языками-лексификаторами
невелик. Наглядное представление об этом дает перевод на ряд
англо-креольских языков Атлантики английской фразы The dog
of the man who lives in that house is named King 'Собаку
человека, который живет в этом доме, зовут Кинг'.
Сарамаккан
di dagu fu di womi dati di libi
n a wosu de a king
Гайянский
a man wa liv a da hous dag neem
king
Ямайский
di maan wa lib iina da hous daag
nyem king
Барбадосский
di dog da’ bilong tu di man da’
liv in da’ hous, i neem king
Крио
di man we tap na da os dog nem king
Из этих языков наиболее сложной была история крио и сарамаккана.
Крио распространен в Сьерра-Леоне, где служит родным для полумиллиона
человек. Креолизация английского пиджина в районе современного
Фритауна началась, вероятно, вскоре после основания здесь в
1663 английского форта; к концу 18 в. численность афро-европейских
мулатов превышала 10 тыс. В это время сюда тремя партиями было
переселено около 2 тыс. бывших рабов, получивших свободу за
участие на стороне британцев в войне североамериканских колоний
за независимость, к которым в 1800 добавилось еще 550 переселенцев
с Ямайки. Англокреольские языки, которыми пользовались эти репатрианты,
должны были заметно отличаться от местного. После отмены работорговли
в Великобритании в 1807 сюда доставлялись все освобожденные
английским флотом негры, незаконно переправляемые через Атлантику;
большинство этих африканцев (более 7 тыс. человек) говорили
на языке йоруба, который оказал заметное влияние на крио. С
распространением к концу 18 в. крио в глубь материка (естественно,
в форме пиджина) он подвергся влиянию местных языков.
Еще сложнее история сарамаккана. С середины 17 в. на британских
плантациях в будущем Суринаме складывается пиджин на английской
основе, но вскоре туда прибывают переселенцы из Бразилии вместе
с рабами, говорившими на креолизовавшемся португальском пиджине.
В процессе контактов складывается англо-португальский пиджин,
который, однако, не успевает приобрести единообразную стабильную
структуру, поскольку идет постоянный приток новых рабов из Африки.
С 1690, уже при голландской администрации, начинаются массовые
побеги рабов с побережья в джунгли. Среди них и формируется
в начале 18 в. новый креольский язык сарамаккан (сейчас на нем
говорят ок. 20 тыс. так называемых "лесных негров"). В основном
словарном фонде этого языка преобладает английская лексика,
но много слов и португальского происхождения, есть и слова,
восходящие к многочисленным родным африканским языкам рабов,
а также к голландскому. Вот как выглядит на сарамаккане первый
десяток единиц так называемого стословного списка Сводеша в
сравнении с английским (соответствующие английские слова приведены
в скобках; слова сарамаккана, восходящие к английским, выделены
полужирным шрифтом, к португальскому - курсивом, к голландскому
- подчеркиванием): hii (all) 'весь', sindja (ashes) 'зола/пепел',
kakisa (bark) 'кора', bee (belly) 'живот', bigi/gaan
(big) 'большой', fou (bird) 'птица', njan (bite) 'кусать',
baaka (black) 'черный', buuu (blood; соответствующее
слово языка самараккан восходит не к английскому, а к голландскому
bloed) 'кровь', bonu (bone) 'кость'.
В других районах процесс креолизации шел иными путями. Система
резерваций, получившая развитие в Северной Америке и Австралии,
привела к объединению в них разноязычных народов. В одной из
резерваций Орегона ведущим средством общения представителей
15 племен стал пиджин, известный как "чинукский жаргон" (на
основе индейских языков чинук и нутка). Почти все вновь образовывавшиеся
семьи были смешанными. Шаваш-вава ("индейский разговор"), как
стал называться креолизовавшийся пиджин, для большинства детей
стал родным, хотя с возрастом все усваивали и нормативный английский.
Сходным путем шла креолизация английского пиджина в Северной
Территории Австралии. В поселках при англиканских миссиях селились
аборигены разных племен, местный пиджин превратился в основное
средство общения, а затем креолизовался. Сейчас этот новый язык,
получивший название криол, является основным средством общения
примерно для 10 тыс. человек и функционирует более чем в ста
поселениях. Он стал использоваться в школьном обучении и в радиовещании.
Совершенно по-иному складывалась судьба группы родственных
английских пиджинов, функционировавших среди плантационных рабочих-меланезийцев
в северо-восточной Австралии и Меланезии. Эти пиджины были достаточно
развиты, однако смешанные браки были здесь скорее исключением.
Тем не менее по возвращению на родину меланезийцы Новой Гвинеи,
Соломоновых островов и Новых Гебрид широко пользовались пиджинами
в межэтническом общении. Позднее их стала использовать колониальная
администрация и миссионеры. В городских центрах пиджины постепенно
становились основными языками общения, но процесс их креолизации
шел довольно медленно. В настоящее время наиболее развитые из
этих языков (ток-писин в Папуа - Новой Гвинее и бислама в Вануату)
получили официальный статус, используются в средствах массовой
информации, в школе, на них создается художественная литература,
но доля тех, для кого они стали родными и единственно известными
языками, все еще невелика.
На эволюцию сложившегося креола важнейшее влияние может оказывать
постоянный контакт с соответствующим языком-лексификатором,
особенно в тех случаях, когда креольский язык непрестижен и
не имеет официального статуса. В этом случае стандарт креольского
языка размывается и, наряду с "ортодоксальным" креолом, возникают
формы речи, промежуточные между ним и языком-лексификатором.
Таков, например, перевод простой английской фразы I gave
him 'Я ему дал' в разных вариантах гайянского креола:
A giv im; A giv ii; A did giv hii; Mi di gi hii; Mi bin gi ii.
Типологическая специфика креольских языков объясняется их
относительно недавним происхождением из пиджинов: все они отличаются
сравнительно простыми фонологическими системами и довольно высокой
степенью аналитизма. Нередко в креолах сохраняются и следы лексической
бедности, свойственной их предшественникам-пиджинам, например,
антонимичные прилагательные часто образуются при помощи отрицания
('плохой' передается как 'не-хороший', 'тупой' как 'не-острый'
и т.п.), ср. 'плохой': ток-писин nogut, сранан no
bun, 'тупой': ток-писин nosap, гаитянск. pa file.
Изучение креольских языков, равно как и пиджинов, началось
в конце 19 в., однако долго находилось на периферии лингвистической
науки. Положение стало меняться в 1950-х годах после выхода
книги У.Вайнрайха Языковые контакты (рус. пер. 1979)
и особенно с 1970-х годов, когда представители ряда направлений
лингвистики пришли к осознанию того, что процессы пиджинизации
и особенно креолизации языков могут послужить важным источником
сведений о происхождении языка и прежде всего о формировании
грамматических категорий. Значительную роль в возникновении
такого интереса сыграли, в частности, исследования Д.Бикертона
и интерпретация их результатов в теоретических работах американского
функционалиста Т.Гивона. Развитие креолистики реанимировало
также давнюю (еще в 19 в. ею активно занимался Г.Шухардт), но
в течении некоторого времени считавшуюся в сравнительно-историческом
языкознании практически "закрытой" (не в последнюю очередь в
силу ее неадекватной и во многом спекулятивной постановки в
рамках "нового учения о языке" Н.Я.Марра) проблему соотношения
дивергентных (расхождение языков) и конвергентных (их схождение)
процессов в истории формирования языков и диалектов мира.